Слёзы блогеров, блокировки мессенджеров и растущее раздражение в России

С началом массовых ограничений сначала одного крупного мессенджера, а затем и другого, а также с учащающимися отключениями интернета в целом — мер, ударивших не по отдельным «неблагонадёжным» группам, а практически по всей стране, — раздражение в адрес руководства стало нарастать всё быстрее. Доходит до того, что даже убеждённые сторонники курса, ещё недавно прославлявшие систему, выходят к аудитории и называют вчерашнего кумира военным преступником и «случайным человеком во власти».

Обычной госпропагандой и её бесконечными ответвлениями такое недовольство уже не заглушить. В верхах ощущается явная растерянность.

И в этот момент на сцену выходят обитательницы запрещённой в России соцсети с многомиллионными аудиториями.

Первой «от лица народа» выступила много лет живущая в Монако блогерша Виктория Боня с аудиторией более 12 миллионов подписчиков. Она записала обращение к президенту длиной около 18 минут. В начале ролика заявила, что его боятся все: и «простой народ», и артисты, и блогеры, потому что «между вами и обычными людьми огромная толстая стена». Затем перечислила актуальные российские проблемы: от наводнения в Дагестане и поправок к закону об уничтожении краснокнижных животных, которые собираются принимать «во времена вашего правления», до массового забоя скота в Новосибирске и блокировок интернета.

Формально её речь была «за здравие», а не за упокой: с заверениями в поддержке, упоминанием «наших мальчиков» на фронте, признаниями в любви к России и её народу. Возникновение стены между верховной властью и обществом Боня объяснила тем, что до первого лица просто не доходит правда: в интернете он не сидит, информацию получает на бумаге. Инстаграм‑звезда всерьёз предложила создать для него отдельную соцсеть, где он мог бы «напрямую» видеть обращения граждан — что‑то вроде «Правды» по аналогии с площадкой бывшего президента США.

Логика этого подхода тянет на старомодный проект народного столика у Боровицких ворот: пусть каждый несёт жалобы и великие планы улучшения мира на один стол, возле которого стоит гвардейский офицер с ружьём. А глава государства будет каждое утро останавливаться и лично забирать кипу писем.

В любом случае, стену между обществом и «дорогим гарантом», возведённую «шушерой» в лице депутатов и прочих вельмож, по мнению Бони, необходимо срочно разрушить — иначе будет плохо…

…и тут же появляется ещё одна инстаграм‑блогерша — Айза, чтобы «поддержать и дополнить» сказанное. Она тоже «любит Россию и её народ» и — как ни странно — тоже из‑за границы. Айза по пунктам повторяет тезисы Бони: и про то, что до верховной власти не доходит реальная информация, и про «плохих депутатов» с миллиардами и зарубежными паспортами, и про новый отечественный мессенджер, который она якобы установила ради связи с родителями и который «нужно просто сделать хорошим», чтобы заменить россиянам заблокированные иностранные сервисы.

Финальный аккорд в этом патриотическом интернет‑стендапе берёт телеведущая Катя Гордон — уже из Москвы. Без лишних сантиментов она заявляет, что пока президент «отвлечён на решение внешнеэкономических и политических задач», внутри страны против него работает некая группа, стремящаяся подорвать доверие к первому лицу и вывести «несчастный и обездоленный народ» на улицу. Происходящее объявляется провокацией накануне выборов, а «президент и спецслужбы должны обратить на это внимание» и расправиться с «пятой колонной».

Во властных кабинетах на ролик Бони, набравший свыше 23 миллионов просмотров, отреагировали быстро. Пресс‑секретарь заявил, что по перечисленным проблемам уже ведётся «большая работа, задействовано большое количество людей, и ничего не оставлено без внимания». Узнав об этом, счастливая Боня в слезах записывает новый ролик, в котором умоляет «не приплетать» её к независимым СМИ, обсуждавшим её обращение, потому что она «не с ними, а с народом и внутри народа».

Сидя в кадре в красной футболке, напоминающей перевёрнутый турецкий триколор, Боня рыдает и благодарит пресс‑секретаря и президента. Воздевая руки к небу, повторяет «спасибо, Господи!», затем театрально прижимает ладонь к груди. На этом фоне «жесты от сердца к солнцу» прочих медийных персонажей смотрятся провинциальной самодеятельностью.

Эксперты, журналисты и пользователи сетей тут же принялись объяснять случившееся. Одни видят в нём подковёрную борьбу элит, которым надоел лидер, добравшийся уже и до них. Другие считают происходящее попыткой администрации выпустить пар народного недовольства через инстаграм‑свисток, разыграв старую карту о «плохих боярах и хорошем царе». Третьи верят в личную инициативу блогеров. Четвёртые традиционно винят Запад, якобы раскачивающий лодку, и называют Боню «новым Навальным», обвиняя её в стремлении устроить майдан.

Все версии для действующей власти не слишком утешительны, потому что в сухом остатке фиксируют одно и то же: раздражение уже не локализовано в отдельных социальных группах, оно разлито по всей стране. Четыре года власть ставила эксперименты над населением, недвусмысленно демонстрируя, что пока «руль» находится в одних и тех же руках, нормальной жизни не будет — будет сконструированный по вкусу руководства ад.

Мобилизация и тысячи цинковых гробов, пыточные подвалы для тех, кого записали в пушечное мясо, возвращение убийц и мародёров в роли «новой элиты». Сроки за любую антивоенную активность и тотальная милитаристская пропаганда, начинающаяся с детского сада. Общество старательно делало вид, что всё это «понимает» и терпит. Но перестало терпеть, когда власть добралась до самого базового — до каналов общения и информации. Советское представление о контроле над информационными потоками не позволяет верхушке осознать, насколько для людей критична эта часть повседневности.

В одном с Боней трудно спорить: рано или поздно «наступает момент, когда люди уже не могут бояться».

Отступит ли власть сейчас? На какое‑то время — возможно. Зарубежные агентства со ссылкой на источники пишут, что принято решение повременить с самыми жёсткими блокировками интернета и крупных мессенджеров. Но параллельно официально объявляется о дополнительных миллиардах рублей, направляемых в структуры, отвечающие за ограничение доступа в сеть. Значит, любой шаг назад — чисто тактический, а не принципиальный разворот.

Мир уже видел, как руководство несколько раз делало вид, что смягчает политику, лишь для того чтобы затем ещё сильнее закрутить гайки. Это фирменный стиль, менять который поздно: точка невозврата пройдена, отступать, по сути, некуда. Альтернатива для обитателей высоких кабинетов рисуется вполне конкретно и малопривлекательно.

И напоследок хочется переформулировать обращение Виктории Бони и направить его к ней самой. Уважаемая Виктория, во «времена правления» нынешней власти помимо краснокнижных животных уже пятый год десятками тысяч уничтожают российских мужчин — представителей того самого народа, который вы так горячо любите из далёкого Монако. Делает это тот самый человек, которому вы с религиозным трепетом адресуете челобитные. Есть смысл вспомнить об этом, когда в следующий раз будете в слезах записывать новое «народное послание».

*Instagram запрещён на территории РФ, принадлежит компании Meta, признанной экстремистской и запрещённой в России.