Александр Казанцев: пионер советской фантастики и инженер
Родился в Акмолинске (ныне Астана) в 1906 году в купеческой семье. Отец прошёл Гражданскую войну и стал инвалидом, но трудился директоpом протезной мастерской, мать была преподавательницей музыки и привила сыну любовь к искусству и музыкальные способности.
В 1924 году окончил Сибирский технологический институт. Работал главным механиком Белорецкого металлургического завода, затем — во Всесоюзном институте электромеханики. В 1939 году представлял промышленный отдел советского павильона на Всемирной выставке в Нью‑Йорке.
Во время Великой Отечественной войны был призван на фронт и служил в саперном батальоне. Его инженерный талант быстро заметили: он работал главным инженером на одном из первых заводов‑институтов и участвовал в создании прототипов оборонной техники, применявшихся в прорывах блокады Ленинграда.
В 1945 году он стал уполномоченным Госкомитета обороны. Демонтировал австрийские заводы и передавал их оборудование в СССР в рамках репараций. За заслуги был награждён Орденом Отечественной войны II степени и Орденом Красной Звезды.
Литературную карьеру Казанцев начал ещё до войны. В 1940 году в романе «Пылающий остров» он выдвинул гипотезу о тунгусском метеорите как взорвавшемся инопланетном корабле с атомным двигателем.
В 1946 году, после бомбардировки Хиросимы, написал рассказ «Взрыв», в котором сопоставлял ядерную картину двух взрывов — тунгусского и японского.
Его гипотеза подтолкнула многие годы научно‑исследовательские экспедиции к месту удара тунгусского метеорита, в том числе к месту экспедиций отправлялись команда конструкторов Сергея Королёва.
Дальнейшие романы Казанцева — «Арктический мост», «Мол „Северный“», «Льды возвращаются» — рассказывали о построении подводного тоннеля между СССР и США, гигантской ледяной дамбе в Арктике и угрозах Холодной войны.
В 1962 году повесть «Планета бурь» («Внуки Марса») была экранизирована — право на фильм приобрели голливудские студии.
В 1971 году вышел его роман‑предупреждение «Фаэты» — о гибели вымышленной планеты Фаэтон из‑за ядерной войны.
Кazanцев был известен как типичный советский утопист и один из пионеров уфологии в СССР; его фигура послужила прототипом персонажей уфологической и научно‑фантастической литературы, а Аркадий Стругацкий называл его «вождём» советской фантастики.
Его романы повлияли на развитие научной лексики — он ввёл в русский язык более 100 новых слов, включая, например, «инопланетянин».
Однажды его назвали одним из разработчиков кардиостимуляторов, что подчёркивает его вклад в технические инновации.
Размах от сказки до предвидения — от ящеров до далеких звёзд; вдохновение фантастики уносит нас за тридевять земель.
На протяжении жизни Казанцев оставался приверженцем коммунистической идеологии и принимал участие в общественных и литературных дискуссиях своего времени. В 1958 году он принимал участие в обсуждении вопросов творчества Бориса Пастернака, а в 1972 году выступил в защиту памяти Ивана Ефремова. После распада СССР продолжал сохранять верность партийной линии, поддерживая выбор КПРФ.
Известен как шахматный композитор и мастер этюдов — к 90 годам он сохранял активность в компьютере и продолжал работать, пока зрение не подвело его.
Искателей истин судьба не легка, но их дух остаётся в веках и тянет к небесам облаков.
